Тихвинский приход в КазаниСетевой этнокультурный проект кряшенского народаПричастие
на главную о проекте ccылки rus kryash tat eng

Новости
Аналитика
Актуальные темы
СМИ о кряшенах
Современное положение кряшен
Духовная история и культура
Музыкальная культура и фольклор
Этнография
Перепись 2002
Правовой ликбез
Электронные конференции
Библиотека
Галереи
Газета 'Туганайлар'
'Кряшен Сюзе'
Книжная лавка
Издательство 'КряшИздат'
Ссылки

Традиционный музыкально-поэтический фольклор и искусство кряшен

ТРАДИЦИОННЫЙ МУЗЫКАЛЬНО-ПОЭТИЧЕСКИЙ ФОЛЬКЛОР И ИСКУССТВО КРЯШЕН

Автор подготовки раздела этномузыковед научный сотрудник отдела искусствоведения ИЯЛИ им. Г. Ибрагимова АН РТ, преподаватель Казанской гос. Консерватории им. Н.Жиганова Макаров Геннадий Михайлович

 

Содержание

Первая часть. Традиционные музыкальные инструменты

Вторая часть. Народные песни

Третья часть. Устно-поэтическое творчество

В раздел включены описательные, а также аналитические материалы. Это, прежде всего, работы автора. В них предполагается включение имеющихся публикаций, в том числе и современных исследователей, согласившихся на их размещение их работ по народному творчеству кряшен, где будут представлены музыкальные и поэтические тексты песен, баитов, преданий и иных жанров традиционного искусства. Интерес к искусству кряшен (этноконфессиональной группы, официально признающихся частью татарского народа) не случаен, ибо в любом регионе проживания кряшены несут в себе значительный потенциал традиционной этнической культуры, имеющий уникальные и древние элементы искусства. Отсюда становится понятным, почему исследования по материальной и духовной культуре кряшен входит в одно из приоритетных направлений татарской этнологии. Интерес ученых-этнологов к изучению и сбору полевых этнографических материалов по этой группе связано с сохранностью у них многих реликтов архаических форм общинной и семейно-родовой организации, обрядовой культуры, диалектной лексики и грамматических форм языка, декоративно-прикладного искусства, устного и музыкально-поэтического фольклора тех регионов, в которых они проживают. Эти ценнейшие фактические материалы существенно пополняют знания по истории формирования общетатарской культуры и ее связям как с народами Волго-Камья, так и шире, с народами Евразии.

 

Часть первая

ТРАДИЦИОННЫЕ МУЗЫКАЛЬНЫЕ ИНСТРУМЕНТЫ КРЯШЕН

Автор очерков Макаров Г.М.

Традиционное музыкально-инструментальное искусство кряшен представляет собой художественную ценность общенационального масштаба. Исследование его в качестве отдельного музыковедческого объекта, обусловлено общими задачами, стоящими перед татарской этнологией по изучению всей совокупности инструментальной культуры татарского народа. Решить же общие задачи можно лишь через предварительное изучение содержания инструментальных традиций разных этнических групп народа. Результаты изучения инструментальной культуры кряшен могут дать прекрасные научные материалы, необходимые для выяснения роли исторических условий XVI - XIX вв. в формировании истории инструментария татар, а в более широком смысле и для ее древнего, средневекового времени и эпохи формирования общенационального инструментального наследия татар нового времени. Они уточняют характер развития общей истории этнической культуры и искусства народов всего Волго-Камского региона, учитывая, что древняя и средневековая основа этнической культуры народов Волго-Камья имеют общие генетические корни.

Изученность традиционной культуры кряшен. Особенностями культуры, обрядами, обычаями, народной музыкой, поэтикой кряшен этнографы стали интересоваться с конца XIX века. Такие дореволюционные исследователи быта кряшен как М.Аппаков [Аппаков, 1876, 1877], Е.А.Бектеева [Бектеева, 1902], В.Н.Витевский [Витевский, 1878, 1891], Р.П.Даулей [Даулей, 1902, 1903], С.М.Матвеев [Матвеев, 1896] и др. опубликовали различные статьи, очерки отразившие уникальные материалы по традиционной культуре кряшен. В советскую эпоху изучению материальной и духовной культуры кряшен посвятили свои труды Н.И.Воробьев [Воробьев, 1927, 1929], Ю.Г.Мухаметшин [Мухаметшин, 1977]. Большим вкладом в изучении языковых особенностей, обрядовой лексики кряшен стали исследования Ф.С.Баязитовой [Баязитова, 1986, 1997], монографические работы которой по глубине анализов и включением в научный оборот новых материалов стали образцами для изучающих диалектные культуры татарского народа. Интерес к изучению музыки татар-кряшен возник также в конце XIX века, тогда же появились и первые публикации по этой теме. Известный бытописатель и музыкальный этнограф народов Южного Приуралья С.Г.Рыбаков впервые достаточно подробно описал музыкальные особенности быта крещеных татар Верхнеуральского уезда (местные микроэтнонимы этих групп бакалы и нагайбак). С.Г.Рыбаков отразил в своем творчестве и некоторые наблюдения о русском влиянии на инструментальную культуру татар-кряшен (казаков-нагайбаков и бакалов) Оренбургской губернии. В свойственной для русских миссионеров манере он отмечает отсутствие собственных ярких инструментальных традиций у этой территориальной подгруппы кряшен, хотя замечает, что у них имеются свои "старые" гусли, которые являются уже полузабытыми. Его работы ценны тем, что в них даются живые зарисовки о народных музыкантах, игравших на скрипках, дудках (чибузга), гуслях, балалайках, а также описания некоторых этих инструментов [Рыбаков, 1896]. К публикации с нотным приложением относится и статья местного священника Гурия Филиппова Татаро-чувашские девичьи хороводы В Тетюшском и Цивильском уездах Казанской губ., в которой отражены этнокультурные связи молькеевских кряшен с местными чувашами [Филиппов, 1915]. Однако музыкальные особенности основного массива татар-кряшен Прикамья, проживавшего в пределах Казанской губернии, в эти годы описано не было.

После 1917 года специализированные исследования музыки народов Волго-Камья продолжались в Казани и связаны с открытием в Казани Восточной консерватории, где создалась Научная музыкально-этнографическая ассоциация. Здесь наряду с творчеством остальных народов Волго-Камья изучался и музыкальный фольклор татар-кряшен [Вайда, 1983]. Эти исследования проводились профессиональным музыкантом, хормейстером Казанского оперного театра В.С.Гавриловым, имевшем кряшенское происхождение. Во время фольклорных экспедиций в кряшенские селения Чистопольского и Лаишевского уездов им было записано на фонограф большое колличество обрядовых напевов [Макаров, 1998]. Подготовленная им рукопись осталась неизданной, сохранившаяся в архиве часть этой работы была опубликована М.Н.Нигмедзяновым [Нигмедзянов, 1986]. В начале 1920-х годов, членом вышеназванной Ассоциации, профессором Н.В. Никольским в реферативном изложении были опубликованы материалы по истории музыки народов Поволжья, где даны общие сведения о песенных напевах и о инструментах кряшен, но очень приблизительного характера. В них можно прочитать следующее: "Музыка и песни их находится под большим влиянием русской церковной и народной музыки. Музыкальные инструменты, которые употребляются у них, почти все русского происхождения: балалайка, гармония, гусли, скрипка, а также сыбузга (чибузга), татарский инструмент, на котором играют молодые парни на святках" [Никольский, 1920]. Отсюда видно, что автор был знаком лишь с самым верхним, современным слоем культуры кряшен, который можно увидеть без особого исследовательского напряжения и не вникая в суть глубинных традиций народа. Свою лепту в изучение кряшенского музыкального фольклора внес и татарский композитор, исследователь народной музыки Султан Габяши. Во время летней фольклорной экспедиции 1931 года в юго-восточные районы Татарстана, которая продолжалась полтора месяца, он наряду с мишарскими и казанско-татарскими, составивших свыше 60 песен, записал шесть кряшенских напевов [Габяши, 1931]. Новый подъем фольклорно-музыковедческих исследований начался в начале 1960-х годов. До этого времени ни один из татарских музыковедов не обращались к проблеме специализированного изучения диалектных особенностей татарского фольклора. Исследования проведенные М.Нигмедзяновым в начале 1960-х годов позволили ввести в научный оборот сведения о малоизвестных пластах татарской традиционной музыки, разграничить музыкальные диалекты этнических групп народа, дать общий анализ их музыкально-стилевого содержания [Нигмедзянов, 1967, 1970, 1978, 1982]. Научные работы М.Н.Нигмедзянова стали предпосылкой вхождения татарской этномузыкологии на новый этап специализированного изучения музыки этнических групп татар, в том числе и кряшенского.

Современные достижения в области изучения особенностей жанрового состава, музыкально-стилевого, ритмоинтонационного и фактурного содержания традиционной вокальной культуры татар-кряшен связаны с творчеством этномузыковеда Н.Ю.Альмеевой. Ее диссертация [Альмеева, 1986] примечательна тем, что является первой и пока единственной работой, посвященной изучению диалектных особенностей этнических групп татарского народа, ибо традиционное музыкальное творчество сибирских, астраханских татар, татар-мишарей, татар Приуралья и собственно казанских татар, в плане этнического, диалектного искусства, остаются изученными лишь в общем плане. В работах Н.Ю.Альмеевой отразились анализы материалов обрядового песенного творчества этнических подгрупп кряшен, записанных на многоканальный магнитофон во время полевых экспедиций, начатых в начале 70-годов и продолжающихся по настоящее время. Тщательная классификация жанрового состава, а самое главное - исследование стилевых пластов ранних форм гетерофонного многоголосного пения, которые ранее не были изучены в татарском этномузыковедении, дали возможность ученой вплотную подойти к решению проблемы моделирования ранних исторических этапов формирования этномузыкальной культуры Волго-Камского этногеографического региона.

Изучение содержания татарско-кряшенской традиционной музыкально-инструментальной культуры с позиций ее диалектных особенностей является составной частью проблематики истории формирования татарского национального искусства и инструментальных традиций народов всего Волго-Камского региона. Данная работа является первым опытом специального изучения инструментальных традиций кряшен. Данные, приведенные в книге, представляет собой важный историко-сравнительный материал, в котором отразились особенности истории культуры края, кроме того, она является уникальной частью общенационального музыкально-эстетического наследия, которое необходимо вернуть в арсеналы современной художественной культуры народа.

Некоторые вопросы изучения инструментов кряшен были затронуты в современных публикациях. Рассмотрим их. Уделил внимание инструментам кряшен М.Н.Нигмедзянов, по его мнению, у кряшен "можно отметить гусли, скрипку и позже гармонь. Гармонь (тальянка, двухрядка русского строя и хромка) больше пользуется вниманием молодежи, на ней обычно не играют исконно кряшенских старинных мелодий, а аккомпанируют пляске". Более полно им освещены традиции гусельной игры кряшен и приведены несколько примеров народных напевов для гуслей в нотной расшифровке [Нигмедзянов, 1982: 55, 1978: 266-297]. Р.Ф.Халитов, автор первого национального инструментоведческого исследования, в своих работах специально не выделяет этнолокальные и территориальные особенности традиционной инструментальной культуры татар. Он опирается на данные "основного очага формирования культуры татарского народа - Заказанье". Помимо общих казанско-татарских инструментов им затронуты и некоторые вопросы изучения народной музыкальной культуры татар-кряшен. Полевые этнографические исследования, проведенные в ряде кряшенских селений позволили автору углубить и уточнить сведения о гуслях кряшен, имевшиеся ранее в этноинструментоведческой литературе. Отметим, что им впервые было заявлено о наличии в музыкальном быту кряшен бассейна реки Зай старинного трехструнного щипкового инструмента думбра, с долбленным треугольным корпусом из цельного куска дерева с вырезанной шейкой и лопатообразной головкой, который "изготовляется и применяется только среди татар-кряшен" [Халитов, 1987: 20]. Сходство или его различие с размерами и контурами конструкции тюркской домбры или же с данными современной фабричной балалайки им не описаны. Видимо, этот инструмент зафиксирован исследователем через устные описания сельских информаторов, знавших народного музыканта и его инструмент. Одними из исследователей традиционной культуры народов Поволжья, которые попытались специально рассмотреть вопрос о соотношении и сравнительной характеристике музыкальных инструментов татар-мусульман и татар-кряшен стали Е.П.Бусыгин и В.И.Яковлев. Однако, поставив на повестку столь сложную и актуальную задачу, авторы ограничились лишь раздельным описанием несхожих инструментов татар-мусульман (кубыз, курай) и татар-кряшен (гусли) без историко-сопоставительного анализа их взаимосвязей. Такой сугубо описательный подход в изложении указанной проблемы объясним, видимо, тем, что без предварительного и специального изучения проблем исторического формирования инструментария кряшен сравнивать их с культурой других этнических и этнографических групп практически очень сложно и даже невозможно [Бусыгин, Яковлев, 1992]. Дальнейшее развитие и углубление этой тематики сопряжено с изучением особенностей культуры отдельных этнографических групп татарского народа а также с научным осмыслением и исторической типологией в культурологическом, историко-социологическом, музыковедческом аспектах, которые трудно отделить друг от друга.

Уровень знаний об истории и основах содержания традиционной инструментальной культуры у различных народов на сегодня не одинаково. У народов, которые имели давние традиции письменной и изобразительной фиксации явлений своей национальной культуры и сохранившие механизм преемственности в устной культуре, изучение истории их искусства значительно облегчается. У народов, которые пережили в своей истории жесточайшие катаклизмы и не смогли сохранить в устной или письменной памяти в достаточно полной мере содержание явлений искусства прошлого, многие памятники культуры ушли в небытие или оставили после себя лишь слабо приметные реликты. Поэтому изучение истории и особенностей исполнительства, репертуара традиционного инструментального искусства этих народов сопряжено с большими трудностями, что выражается, прежде всего, в вопросах выявления необходимой источниковедческой базы, которая нужна для последующего историко-искусствоведческого анализа и построения на этой основе ретроспективной модели истории национального искусства определенного периода.

Источниковедческая база исследования инструментов татар-кряшен постепенно начала накапливаться с возникновения идеи специального исследования традиционного инструментария этой группы татар. В начале сбор этнографических материалов, устной информации по инструментальной культуре кряшен имел общий характер, т.е. собирался попутно с песенным фольклором, сведениями о традиционной одежде, украшениях, истории сел и т.д. Эта работа, началась мной совместно с журналистом, краеведом Д.М.Васильевым из с.Васильевка (Кяжябаш авылы) с конца 1960-х годов. Первые опыты этнографических экспедиционных выездов начались в годы учебы в Альметьевском музыкальном училище, а затем продолжились в Лениногорском педагогическом училище и музыкальном факультете Казанского педагогического института. Эта работа была призвана удовлетворить, прежде всего, собственный интерес к культуре татарского народа, в том числе и кряшен. Только в последние пятнадцать лет, работая в отделе искусствоведения Института языка, литературы и искусства им.Г.Ибрагимова АН РТ, приобрела конкретную, профессиональную направленность. Начиная с 1974 года нами проводились ежегодные музыкально-этнографические экспедиции с охватом более 200 селений на всей территории проживания татарского народа, во время которых были записаны на магнитофон свыше двух тысяч песенных напевов, около сотни отснятых фотопленок с экспедиций и разнообразные сведения о традиционных музыкальных инструментах, легендах, преданиях.

Полевые экспедиции показали, что традиционная инструментальная культура кряшен, также, как этническое искусство остальных этнографических групп татар имеет легко ранимую, хрупкую структуру. К настоящему времени она в значительной мере разрушена и сохраняется в реликтовом виде. Это связано с нарушением старого уклада общинной жизни и с тем, что в новом укладе этим традициям места не нашлось. Это в целом характерно и для других народов Волго-Камья. Исходя из создавшегося положения при сборе полевых материалов приходилось фиксировать буквально каждый сохранившийся штрих из описаний информаторов, способствующий уточнению каких-либо параметров инструментальной культуры. Большую роль для понимания сути и научной реставрации инструментальных традиций сыграли данные по этническим инструментам, имеющиеся в русско-татарских и татарско-русских словарях, упоминаниях и описаниях из этнографической литературы XVIII - начала ХХ веков.

Музыкально-стилевая стратификация этнической культуры кряшен. Изначальные корни инструментального искусства татар-кряшен несут в себе весьма древние наследственные традиции Волго-Камской этнокультурной области, обнаруживая общность с древними культурами народов этого региона. Ощутимые изменения в культуре кряшен произошли после буржуазных реформ в России к середине XIX века, когда в него проникли некоторые элементы европейской и, в частности, общероссийской бытовой инструментальной культуры. Но значительная часть общинной старотатарской этнической музыкальной культуры осталась, что создало условия для сохранения своего характерного облика, который по многим параметрам отличает кряшен от культур других нетатарских народов Волго-Камья.

Сформировавшись, в основном, в сельских районах, в тесных этнокультурных контактах с местными тюркскими и финноугорскими народами, кряшенское искусство имеет отличительные признаки и от локальных традиций культуры других этнических групп татар, хотя протокряшены с Х по середину XVI века официально находилась в исламской конфессии и не представляя собой отдельную этническую группу. Остановимся кратко на составных историко-культурных и стилевых пластах этнической культуры кряшен, которые, как мы предполагаем, были близки к этническим традициям казанских татар:

Древний пласт. Исходя из особенностей сложения культуры татар-кряшен имеются основания выделить в ней явления искусства, содержащие в себе множество реликтовых явлений древних традиций, сохранившихся с дорелигиозного периода истории татарского народа в составе Волго-Камского региона. Этому способствовало и то, что христианские миссионеры с большим рвением боролись в первую очередь не против древнего общинного искусства, а против прявлений ислама. Этот доисламский и дохристианский стилевой пласт музыки получил свое развитие и свои доминирующие, характерные свойства еще в период развития классического общинно-родового строя. Он стал разрушаться лишь со времени распространения в Среднем Поволжье мировых религий, как ислам и христианство, но в сельских районах сохранялся достаточно полно - до конца XVIII века, а в некоторых случаях вплоть до отмены крепостного права в России и начала крестьянских, земельных реформ, с вступлением России в фазу капиталистического развития.

Средневековый пласт. В традиционной песенной культуре кряшен явления позднего мусульманско-татарского искусства проявляются довольно слабо, но нередко там можно обнаружить яркие реликты мусульманского средневекового лирического искусства, которые имеют параллели с характерными чертами музыки и поэзии тюрков XI - нач. XVIII вв. Это относится прежде всего к классическим ритмам в музыке и поэзии, к мелодике, к поэтическим жанрам, характерным для письменной средневековой поэзии татар-мусульман. Такое положение естественно согласуется с историей сложения этой группы и отражается в кряшенском инструментальном искусстве.

Стилевой пласт нового времени. К инструментам и наигрышам, имеющим характерные признаки нового музыкального стиля кряшен исполняемых на различных музыкальных инструментах относятся народные бытовые произведения двух стилевых пластов:

а) Татарские современные лирические нигрыши на гармонике-тальянке, которые имеют общенациональный стиль с характерной "татаро-башкирской" мелизматикой.

б) Песенные и инструментальные напевы с влиянием русского мелоса (часто с элементами диатонизации). Это в большинстве случаев частушки (такмаки), скорые песни (кыска кjй), уличные припевки (урам кjе), имеющие на себе черты стиля русских песен и страданий, но адаптированные через призму местных традиций, которые исполняются под гармонику, скрипку.

В перечисленных историко-стилевых пластах культуры кряшен мы старались найти или обозначить имевшиеся комплексы сохранившихся или уже исчезнувших музыкальных инструментов, определить их функции в структуре этнических обществ различных периодов истории.

Наряду с изучением инструментальных традиций кряшен, для сравнительного анализа нами были привлечены материалы и по культуре разных этнографических подгрупп татар, а также других народов Волго-Камья. В данной работе нами были поставлены следующие задачи.

1. Ознакомление читателей с материалами полевых этнографических экспедиций, с творчеством отдельных народных музыкантов, описаниями сохранившихся живых инструментальных традиций.

2. Восстановление конструктивных особенностей исчезающих или уже исчезнувших старинных музыкальных инструментов на основании их описаний из сохранившихся сведений в устном фольклоре и письменных документах прошлого.

3. Историческая реконструкция приемов игры на старинных инструментах для исполнения различных по своему стилю традиционных музыкально-поэтических произведений и подготовка специальных переложений произведений старой этнической музыки (в большей части песенного репертуара, записанных во время экспедиций) для исполнения их на таких традиционных инструментах как нугай курай и думбыра. Переложения сделаны с учетом возможности их исполнения профессиональными и самодеятельными музыкантами, певцами, а также применения их в музыкально-педагогической практике.

При работе по исследованию данной темы уделялось необходимое внимание проблемам формирования и содержания культуры кряшен в следующих аспектах: сравнение с диалектными (донациональными) особенностями культуры этнографических подгрупп казанских татар, татар-мишарей, остальных народов Волго-Камского ареала; сравнение с общетатарской культурой нового времени, как явлением принципиально отличающимся от уровня этнического, донационального искусства и представляющим из себя культуру сложившейся нации; сравнение с таким огромным по своим масштабам явлением, как русская и, шире, общероссийская бытовая культура как средневекового, так и нового времени. Большое значение придавалось изучению проблем возникновения различных типов инструментов в Волго-Камье древнего периода и культурным связям региона со Средним Востоком, откуда шел постоянный приток явлений культуры и разных видов искусства.

Рассматривая явления инструментальной культуры кряшен, мы учитывали наличие в ней двух основных ареалов этнокультурного комплекса, сложившихся в ходе исторического развития, это: Прикамский и Приуральский (нагайбакский). Самобытные черты традиционной музыкальной культуры этих двух подгрупп кряшен предопределили необходимость отдельного рассмотрения ряда инструментов. Это относится к таким популярным инструментам как нугай курай, думбра и гусли (гjсля). Все виды инструменов татар-кряшен описаны нами с учетом общепринятой в международном этноинструментоведении классификации, разработанной немецкими учеными К.Заксом и Э.Хорнбостелем [Хорнбостель, Закс,1978:229-261]. В основу этой классификации были положены два принципа: а) источника звука, б) способ извлечения звука.

Во второй главе рассмотрены продольные флейты (нугай курай, сыбызгы), даны описания их конструкций и нотные переложения для курая в виде специально подобранных примеров народных песен с разными типами их ладового содержания; язычковые пастушеские шалмеи (сорнай, кjтеуче мjгезе) представлены лишь с позиций изучения их функций в пастушеской культуре, с описанием их конструкции; в разделе волынки Волго-Камского типа (шыбыр, сорнай, кубыз) была впервые поставлена проблема причисления этого типа инструмента в состав татарского инструментария. При обосновании этого тезиса нами сделан основной упор на наличие историко-этнографических сведений о волынках татар, а также на древний общерегиональный характер происхождения этого типа волынки и на наличие ее генетических связей с волынками Среднего и Ближнего Востока.

Группы мембранофонов (дарабан, думбырый) и самозвучащих инструментов (ча?, кутаз, кашык) рассмотрены в третьей главе. Хордофоны (струнные инструменты) в последующих главах. В четвертой главе рассмотрен струнный щипковый инструмент - думбыра, его особенностью является сравнительно полное освещение проблем изучения конструкции, функций, географии распространения, стилевых приемов исолнения этнических напевов и наигрышей с нотными примерами. Пятая глава посвящена изучению географии распространения и особенностям применения смычкового хордофона (кубыз, скрипка) в кряшенской этнической культуре. В шестой главе основное внимание было уделено этнографическим сведениям о особенностях распространения горизонтальный многострунного хордофона гусли (гjсля), что показало характерность гусельного искусства не только для Заказанья, но и для кряшен в бассейне рек Ик, Зай, Шешма.

В заключении даны основные выводы исследования и наметившиеся перспективы по дальнейшему изучению инструментальной культуры татарского народа. В конце книги помещено нотное приложение с песенных и плясовых мелодий в переложении для курая и домбры.

Очерк первый
Продольная флейта курай татар-кряшен

Очерк второй
Скрипичные традиции татар-кряшен конца XIX - XX вв.

Очерк третий
Думбыра татар-кряшен Прикамья

 

 

НАВЕРХ


© Сетевой этнокультурный проект www.kryashen.ru, 2002.
Создание и поддержка - НКЦ кряшен г.Казани и Республики Татарстан.
Идея - Александра Журавского. Дизайн - Ольги Святкиной.
При полном или частичном использовании материалов ссылка на www.kryashen.ru обязательна.
Вопросы, предложения, замечания и отзывы: kryashen@yandex.ru